3094 0 18-10-2018

Блеск и нищета «третьей столицы»

Алексей Сорокин

Осенью 1918 года Омск был объявлен столицей «белой» России и продержался в этом высоком статусе более года. Благодаря чему наш город получил известность на мировой политической арене. Однако память о Верховном Правителе адмирале Александре Васильевиче Колчаке, который стал одним из символов Омска, и белом движении до сих пор не увековечена. О событиях, которые разворачивались сто лет назад, «ДГ» рассказал известный краевед и популяризатор истории, заместитель директора - руководитель Центра краеведческой информации  Омской государственной областной научной библиотеки им. А.С. Пушкина Алексей Сорокин.

- Алексей Петрович, почему именно Омск был выбран в качестве столицы?

- Были объективные обстоятельства. Помимо политических ошибок причиной падения советской власти на восточных окраинах России было восстание Чехословацкого корпуса. Белочешский мятеж способствовал тому, чтобы на востоке России появилась вооруженная сила, которая могла быть противопоставлена советской власти. Антибольшевистские политические силы, пребывавшие в подполье, этим воспользовалась. И те, и другие имели свои интересы и объединялись общим врагом – большевиками. «Главным героем» Гражданской войны и всех политических событий этой эпохи в Сибири был Транссиб. Именно контроль над магистралью обеспечивал политическую власть и белых, и красных.

- Омск как раз был главным узлом Транссиба?

- В Западной Сибири. И это первая и главная причина. В Омске сходилось две ветки – Тюменская и Челябинская. К тому же у Омска были административные традиции. На протяжении полстолетия он был центром генерал-губернаторства, и все привыкли, что власть находится в Омске. Здесь были необходимые административные здания для размещения правительства, которых не было в Новониколаевске (Новосибирске. – Авт.). В Омске было вышколенное чиновничество, которому было все равно, кому служить. Это был центр судебного округа с Омской судебной палатой, центр епархии, телеграфного и военного округа. Тыловые генералы тоже концентрировались в Омске. А субъективная причина была связана и с определенными предпочтениями  лиц, которые выбирали столицу подальше от линии фронта, и с прибытием сюда вместе с Временным всероссийским правительством (Директорией) золотого запаса. Без золотого запаса не было бы никакой «белой» столицы, потому что военный авторитет и военную силу власти Колчака подпирала финансовая  мощь. Причем запас не обязательно было расходовать, а достаточно было предъявить его заинтересованным сторонам, как гарантию, что и было сделано в мае 1919 года на выставке в госбанке.

- Какая атмосфера царила в городе? Как рядовые жители воспринимали ситуацию?

- До 17-го года Омск был тихим, спокойным, хлебосольным городом, где размеренно жили отставные военные и чиновники. И только бурные события революции, а также огромный поток беженцев, его взбудоражили. Надо добавить, что Омск был центром Сибирского казачьего войска. После отмены советской властью привилегий казаки массово перешли на сторону антибольшевистских сил и после чехов стали второй военной опорой Белого движения. Воспоминаний простых граждан опубликовано немного. Некоторые из них наша библиотека собрала в книге «Время и город», изданной к 300-летию Омска. Допустим, пишет некто Н.П. Куприянова: «Жизнь в Омске идет трудно, особенно тяжело отсутствие света. Базары завалены мясом, все сравнительно недорого. А там, в России, голод, особенно в Петербурге». Это поначалу было недорого, а когда в город приехало несколько сотен тысяч беженцев, началась дороговизна, нехватка дров. Самая главная проблема – нехватка жилья: даже министры «омского» правительства снимали комнату в частном доме с печным отоплением.

- Чем занимались в городе съезжавшиеся в большом количестве представители иностранной элиты?

- Центром притяжения был Любинский проспект. Как писали очевидцы, отойди два – три квартала от центральной улицы и погружаешься во тьму и грязь. Вспоминает будущий известный советский писатель, а тогда – журналист «белой» газеты Всеволод Вячеславович Иванов: «Я помню Омск три – четыре года назад. Жизнь в нем текла чиновным регламентом, по-провинциальному тупо: обед, убойный ужин и дикие попойки, а теперь в кривые улицы и куцые домики влилась сочная и яркая жизнь. На улицах много автомобилей, мелькают чешские, японские и американские флажки. Улицы полны народу, много солдат, бродят с любопытными огоньками в глазах канадцы… Хищнической, спокойной походкой мелькают спекулянты, богато одетые, бритые с сигарами в руках, с такими взглядами, которые спрашивают: «Сколько стоит?» Кафе, театры, танцевальные залы переполнены, преобладает приезжий элемент. Танцует, пьянствует, флиртует – откровенно до цинизма. Временами кажется, что только о насыщении желудка, о плотном кармане думает кипящий жизнью Омск».

Любинский проспект, осень 1919 года. Красноармейцы в валенках и ватниках вошли в "столицу Колчакии"

- Тем не менее, этот период славится насыщенной культурной жизнью.

- Культурная жизнь всегда бурлит в эпохи общественного перелома, и 1918-19 годы – не исключение. Культурная жизнь в Омске кипела, литературная и художественная «тусовка» собиралась вокруг писателя Антона Сорокина. У него в доме собиралась местная футуристическая молодежь. Русская культура, особенно сто лет назад, литературоцентрична. И все, о чем можно судить, сконцентрировано в тексте. Выходил журнал «Единая Россия», был одноименный литературный кружок. Был  пропагандистский аппарат «белого» правительства, Главное управление по делам печати, издавались пропагандистские брошюры про белых вождей, печатались журналы, агитационные плакаты и листовки, портреты Верховного Правителя.

- Почему, на ваш взгляд, Колчак смог обрести столь весомый авторитет?

- Важно понимать природу личной власти Колчака. Старая советская историческая монография  Генриха Иоффе называется «Колчаковская авантюра и ее крах». Слово «авантюра» здесь ключевое. Приезжает в Омск человек, отставной вице-адмирал, кроме имени известного полярника и флотоводца и маленького чемоданчика у него ничего нет. В прошлом - он популярный  командующий Черноморским флотом, который не допустил революционных эксцессов в Севастополе аж до лета 1917 года. Такого авторитета в белой Сибири больше ни у кого не было, и нужен был человек-символ для тех, кто рассчитывал использовать его в целях антибольшевистской борьбы, в том числе и в собственных корыстных целях. Колчак принимает бремя  Верховного Правителя на тонущем корабле, чтобы спасти Россию, как он это понимал. Он был фанатиком идеи, идеи спасения России от «ставленников немцев» - большевиков.

- Почему крах «третьей столицы» стал неизбежен?

- Вся проблема Белого движения в отсутствии генеральной идеи, в пресловутом «непредрешенчестве». Ленин и большевики всегда были конкретны: если мы победим, земля – крестьянам, фабрики – рабочим и так далее. А «белые» в основном предавались интеллигентской рефлексии: с одной стороны, с другой стороны… Колчак откладывал решение земельного вопроса и других насущных проблем до военной победы и созыва Национального собрания (вместо Учредительного). Только уже П.Н. Врангель в «белом» Крыму поздно, но понял, что нужна программа решения того же земельного вопроса, четкость и ясность в понимании того, за что люди будут умирать. До сих пор романтизм фигуры Колчака привлекает историков и популяризаторов, хотя грязи и крови хватало. Например, при подавлении  восстания 22 декабря 1918 года было расстреляно больше тысячи человек. Это не только жестокие репрессии со стороны «белой» власти, но и авантюра со стороны большевистского руководства, которое кинуло безоружных рабочих, ни разу не державших винтовки в руках, на регулярные войска. «Белые» не были потомственными аристократами, но оторвавшись от народных корней, офицерство воспринимало себя как касту, «белую кость», и соответственно относилось к солдатам и крестьянам как к «скотинке в серой шинели». Это еще одна их ошибка. Большевики, ЧК в своём упоении «красным террором» уничтожили  больше людей, чем белые за год своей власти, но делали это тайно, в подвалах, а белые – уничтожали противников даже без формального разбирательства, по-садистски, развешивая на фонарях. Они думали, что запугают противника, но вызывали этим только ответное озлобление.

- Статус столицы «белой» России - это явление в истории Омска?

- Для Омска это было, конечно, несчастье, но и его звездный час. Да, он был кровавым, «в грозе и буре», но Омск на один год стал частью мировой политики, попал в иностранные газеты, на глобус мира. Даже каторжник Ф.М. Достоевский так Омск не прославил. Вот например У.Черчилль, никогда не скрывавший того, что он враг Советской России, посвятил в книге «Как я воевал с Россией» несколько страниц своим взаимоотношениям с Колчаком и Омском. Складывается впечатление, что лично он симпатизировал Колчаку, считал его способным справиться с большевиками.

- Нужно ли, по вашему мнению, устанавливать памятник Колчаку в Омске?

- О советской, «красной» России было много сказано и написано. Белое движение во многом  оболгано, поэтому с такой настойчивостью я утверждаю, что Белое движение тоже заслуживает памяти и места в российской истории. Поэтому памятники белым тоже должны появиться, как и сохраняться памятники красным, например, Карою Лигети. В Иркутске есть памятник Колчаку, в Омске он тоже должен появиться. Самым уместным, на мой взгляд, был бы небольшой, не пафосный  бюст во дворе дома К.А. Батюшкина.

Фото из архива А.П. Сорокина и sfrik.omskreg.ru

Все рейтинги
Get Adobe Flash player

Как вы проведете грядущие выходные?

Всего голосов: 55
 
разработка сайтов
Рейтинг@Mail.ru