Get Adobe Flash player
1126 0 13-09-2017

«В театр пришел ради внутреннего взрыва»

Играть Моцарта на сцене - значит, меняться каждую секунду

19 и 20 сентября Омская драма откроет 144-й театральный сезон спектаклем «Амадей» в постановке польского режиссера Анджея Бубеня по пьесе Питера Шеффера. В знаменитой истории Моцарта и Сальери есть все: любовь и страсть, коварство и интриги, юмор и трагедия. Необузданности гения противостоит тщеславие злодея, преклонению перед талантом не уступает непримиримость и гордыня. Каким жизнь героев увидели режиссер и актеры, в интервью «ДГ» рассказал исполнитель главной роли Игорь Костин.

- Игорь, как вы себя чувствуете в роли гения?

 - Волнительно, тяжело и в то же время здорово, что роль тяжелая. Если нас учили, что в злом человеке надо искать что-то доброе, в добром – злое, то когда играешь гения, это не работает. Как в гении разглядеть обычного человека? Это некий дар божий. Моцарт, с одной стороны, это понимает, с другой – он приземленный, даже слишком приземленный. Чем он и вызывал любовь и в то же время отвращение.

- Есть знаменитый фильм Милоша Формана …

- Это один из моих любимых фильмов. Я его посмотрел на первом курсе – лет в 17 и был потрясен. И большая сложность работать с драматургией, по которой когда-то был создан классный фильм. Люди невольно начинают сравнивать, особенно исполнителей главной роли. На мой взгляд, сравнивать не стоит. Кино и театр – это совершенно разные вещи. В спектакле другое направление, другие приемы.

- Вы пытаетесь отстраниться от созданного на экране образа? Такой мастер, как Анджей Бубень, наверняка предлагает свою трактовку и пьесы, и образа главного героя?

- Киноактер работал над тем, что сегодня известно о Моцарте. Всем мы знаем о его заражающем смехе. Это суперсчастливый человек, который мог мгновенно импровизировать, умел остро и хорошо шутить. И был гением – писал прекрасную музыку. Понятно, что мы от этого не уходим, но у нас другое осознание образа. Самое, наверное, главное, что мы искали с Анджеем, - как человек мог так быстро жить. Один день он проживал как один год. Быстро переходил от обиды к радости, забывал, что было две минуты назад. Вот он ведет диалог, а через две секунды уже сочиняет музыку, потому что услышал какой-то голос или звук, и у него вдруг что-то рождается. Он жил в очень быстром времени. Так же как и писал музыку. В фильме все более размеренно, нет той суеты человека, который вечно куда-то спешит. Темп у нашего спектакля стремительный.

- Анджей Бубень не тот режиссер, что скользит по поверхности, его характеризуют как очень глубокого, подробного. Как вам с ним работается?

- Я был о нем наслышан. Были некоторые опасения по поводу того, что форма застройки у него такая, что ни шага влево, ни шага вправо. Но у всей команды с режиссером сложилось отличное взаимопонимание, всегда можно было остановиться, задать вопрос, тогда все расставлялось на свои места. Это профессионал, который чувствует материал. На репетициях мы говорили о простых вещах, о том, что могло происходить с нами в жизни. Но были некоторые застройки, приемы, в которых работает каждый артист.

- Жизнь Моцарта окутана мифами. Этому поспособствовала, в том числе, художественная литература. Что больше интересовало: творческая личность или сам авантюрный сюжет?

- Самый главный вопрос, который возникает к этой драматургии: почему Сальери так ненавидел Моцарта. Неизвестно, было это на самом деле и отравил ли Моцарта Сальери. Многие исследователи утверждают, что не травил. Моцарт был слаб здоровьем, и он, и его дети болели, голодали. И при его быстроте и мгновенности жизни он быстро сгорел. Гений, который со страстью отдается какому-то делу, очень быстро сгорает. Таких примеров много. Мы исследуем человека, и в этом самая большая сложность, потому что легко ошибиться. С вымышленными персонажами проще: и драматург, и затем режиссер сами сочиняют его характер. С реальной личностью тяжелее. Мы исследовали две параллели – перечитывали письма, отталкивались от фактов, но не уходили от литературы, потому что она тоже основана на фактах. Кроме тех, которые до сих пор остаются под вопросом. Теоретически и отравление, и зависть могли быть. Человек так устроен: какими бы хорошими и добрыми мы ни были, в нас все равно есть доля зависти. Кто-то ее проявляет, а кто-то ей не поддается.

В роли Сальери - заслуженный артист России Михаил Окунев. Моцарт - Игорь Костин

- Интриги и зависть не чужды театральной среде. Вы сопоставляли этот материал с какими-то своими наблюдениями?

- Сейчас время схожее. И сложное для искусства. У нас также продвигают запреты. Есть мрачные высказывания современников, которые стараются вести искусство вперед, но все почему-то против них. Тот же Серебренников как-то сказал, что мы возвращаемся к серости, от которой столько уходили. Моцарт сочинял совершенно новое и опередил свое время. Не все рождаются такими смелыми, и я всегда ставил перед собой вопрос: как быть столь правдивым? Моцарт был очень смелым, правдивым, мог любому сказать в глаза все, что думал, - легко и без злобы. Все считают, что не надо лгать, надо говорить правду, но она может привести к печальным последствиям, и ты окажешься на самом низу жизни. Он выбрал правду, многое потерял, но остался бессмертным. Такие люди всегда вдохновляют быть правдивым и открытым, но сейчас мы живем в такое время, когда это может аукнуться.

- Как технически вы работали над ролью?

- Нужно знать все, что написал композитор. Особенно то, о чем идет речь в литературном материале. Музыка должна звучать в голове на протяжении всего спектакля. Потому что она в нем жила. Известен факт, что у него не было ни одной помарки – писал произведения вчистую, из головы, без записных книжек и черновых вариантов. Для меня самая большая техническая сложность – это именно резкие переходы. Даже сегодняшняя наша жизнь идет не столь в быстром течении, не каждый может за две секунды переключаться с обиды на шутку и смех и снова на обиду. И так ты существуешь на протяжении всего спектакля, который идет три с лишним часа. Алиса Фрейндлих сказала: «Некоторые спектакли я играю через год». Я думаю, что это зависит от материала, и наш спектакль будет расти. И с каждым разом мы будем понимать его глубже. Это один из лучших моментов в работе, когда ты не устаешь от спектакля, а каждый раз открываешь что-то новое. Это целый океан, и ты плывешь вместе с лодкой, которую отправляет режиссер. И главное – не доплыть до берега.

- Что кроме музыки вас вдохновляет в работе над ролью?

- Артист вдохновляется в жизни. Если у него все хорошо, гормон счастья в действии, то он с удовольствием работает в театре. Если происходит что-то плохое, то музыка не поможет, не выведет на нужное состояние.

- То есть актер должен быть счастливым человеком?

- Это мое личное убеждение. Важно, как ты живешь, относишься к жизни. У меня огромная семья, замечательная жена, и я всех люблю. Хотя моя семья далеко, мы всегда созваниваемся, и общение с близкими меня воодушевляет. Репетиция должна проходить в хорошем настроении, даже если ты играешь трагедию.

- Как вы попали в Омск?

- В 2012 году я окончил саратовскую консерваторию. Все было очень неожиданно, как и само поступление. Я родился в деревне и про театр мало что знал. И если бы не поступил в театральное, это искусство прошло бы мимо меня. Так случилось, что ушел из жизни отец и дом стал разваливаться. Тогда мы с мамой и братьями уехали в город Балаково. Наше финансовое положение было нестабильное, и я понимал, что мне надо поступить «на бюджет», а так как никогда не дружил с математикой, то выбрал театральное. Приехал с баяном в Саратов и поступил. Потом узнал, что меня взяли потому, что увидели во мне Ваську Пепла, которого я все-таки сыграл в студенчестве. И на четвертом курсе, когда мы играли дипломные спектакли, приехал режиссер и друг Георгия Цхвиравы Александр Кузин и, насколько мне известно, посоветовал меня. Пришло письмо из Омска. Это было первое предложение. Как и все, я собирался в Москву, но мой педагог сказал: езжай. Я написал письмо, взял билет и приехал в Омск.

- Но как и когда произошло погружение в магию театра? Ведь без этого невозможно сделать что-то настоящее.

- По правде говоря, в первые полгода меня хотели отчислить из института, потому что я ничего не понимал в этом деле. Естественно, студенты ходили в театр. И однажды случилось невероятное. «Ленком» привез к нам «Пролетая над гнездом кукушки». Лет восемь уже прошло бы, а я до сих пор помню спектакль во всех деталях. Мне казалось, что у меня онемело тело, что он шел минуты две – что-то такое творилось во мне! И когда я вышел из театра, то направился пешком в общежитие. А это 23 километра! Я не помню, как шел, о чем думал. После этого я влюбился в театр, стал понимать, чем мы должны заниматься, что такое актер, как он должен работать, к чему мы должны стремиться, для чего театр нужен людям. Это был внутренний взрыв. Ради такой секунды, такого ощущения я стал работать. Это была точка отправки, мощь, которую трудно выразить словами.

- Не жалеете, что в Москву не поехали?

- Я был не во многих городах. Но и Саратов, и Москва, и Петербург для меня тяжелые города. Омск – город, где мне очень комфортно с первого дня. Здесь простор, солнце, поэтому хочется радоваться. Мне здесь уютно. И отличный театр, и профессиональные актеры. Все, кто приезжает из столиц и других стран, говорят о труппе, ее слаженности, профессионализме. Дай Бог, чтобы так было всегда, чтобы Омская драма, о которой знают во всем мире, оставалась на уровне и ее славная история продолжалась.

МНЕНИЯ

Виктория Сухинина, заведующая музыкальной частью:
- Игорь Костин – молодой талантливый актер. Роль в спектакле «Амадей» должна стать знаковой для него и дать толчок дальнейшему развитию в актерской профессии. Это первая его роль такого масштаба, и работа со столь серьезным материалом обогатит его в творческом плане. Отмечу, что Игорь – человек разносторонний. Пишет стихи, музыку, играет на музыкальных инструментах. А вместе с актером Егором Улановым ставит спектакли с детьми с синдромом Дауна. Желаю ему удачи во всех начинаниях.

Олег Головко, художник спектакля «Амадей»:
- Костюмы не исторические, это специально смоделированная художником среда. Мы задались вопросом, что если бы венский двор существовал в наше время, но со своими традициями, титулами и прочей неотъемлемой атрибутикой императорского дворца. Фантастичная задумка отразилась и в декорациях. В декорациях был использован расхожий модуль барочного театра телари, выполненный из современных материалов с интеграцией видеопроекций в пространство сцены.

Справка «ДГ»
«Амадей». Спектакль в двух действиях по пьесе Питера Шеффера

Режиссер – Анджей Бубень.
Художник-сценограф – Олег Головко.
Художник по костюмам – Олег Головко, Светлана Тужикова.
Хореограф – Алина Михайлова.
Композитор – Глеб Колядин.
Видеохудожник - Михаил Иванов.
Художник по свету – Андрей Олейник.

Фото из архива Омской драмы

Все рейтинги
Get Adobe Flash player

Какое направление для отдыха вы выберете этим летом?

Всего голосов: 350
 
разработка сайтов
Рейтинг@Mail.ru